Вячеслав Ковалев

Люди

"Изгнание", Театр им. Вл. Маяковского, Москва


Вы рассказывали в одном из интервью, что в процессе репетиций была долгая перетасовка персонажей. Кого еще вы могли сыграть?

Никакой особенно долгой перетасовки не было. А сыграть я мог Вандала и англичанина.

О, интересно. А как вы изначально в спектакль попали?

Изначально меня в спектакле вообще не было. Потом Карбаускис увидел меня в спектакле «Кавказский меловой круг» во время предпремьерного показа-сдачи. На последовавшем обсуждении, говорят, он меня очень хвалил. Я пришел позже. Но зато после услышал с десяток разных интерпретаций этой похвалы от актеров нашего театра.
Сразу после премьеры «Кавказского мелового круга» начались репетиции «Изгнания», меня на них не приглашали. Потом неожиданно Карбаускис вызвал меня на репетицию, мы читали роли Вандала и англичанина. Вандал вообще моя роль. Она прямо в сотку для меня, моя природа. На репетиции я, помню, даже принес красный костюм «Adidas» и его утвердила художник по костюмам – в общем, все очень радостно было.
Тем не менее, четкого ответа не последовало, так что на лето я отправился, не зная точно, буду ли играть в спектакле. На время отпуска я выключил телефон, а когда включил, то оказалось, что меня вызывают репетировать главную роль. Я сразу позвонил артисту, который репетировал Бена, и спросил: «Что такое?». А он говорит: «Ну, все, дальше ты».
И даже репетируя главную роль, я до последнего ничего наверняка не знал. Только месяца за два до премьеры понял: точно я.

А расскажите про работу с Карбаускисом, пожалуйста. Как процесс репетиций проходит у него.

С Карбаускисом я давно хотел поработать. Когда он стал художественным руководителем театра Маяковского, я пришел и принес ему все свои роли, сыгранные в Новосибирском академическом театре «Глобус». Там я «звездил» по полной: более сорока работ, играл в основном главные роли, причем играл у Фокина, Фильштинского, Морозова. У меня там все было хорошо, но надо было двигаться дальше и я перебрался в Москву. Много чего случилось за 15 лет. Кстати, первая фраза в «Изгнании»: «Прошло только пятнадцать лет». Судьба!
Так вот, «Изгнание». Карбаускис – профессионал, блестяще владеет ремеслом. На репетициях он выстраивал общую схему, все мизансцены – смысловые. А содержание я уже нагонял сам, наполнял собой, как учили – опыта достаточно. Театр – дело условное, но надо в условном быть абсолютно безусловным.
Он, как и любой режиссер, мог где-то кольнуть, если это было необходимо. Не скажу, что репетиции были простые. Работали каждый день с одиннадцати до трех. Я домой приходил, валился, потом просыпался и опять текст учил. Текста у меня было девяносто страниц! Однажды репетировал в очень больном состоянии, даже скорую вызывали. Но четыре часа отработал.

Я понимаю, что в литовском спектакле Бена играют двое: старый в коляске и молодой. А у вас получилось, что только вы один.

В литовском спектакле действительно играют два артиста. По возрасту я подхожу для роли человека, который рассказывает историю из сегодняшнего дня, и, спасибо матери с отцом, монтируюсь с молодыми ребятами. Тот факт, что я намного старше их, не вызывает такого диссонанса. Миндаугас обратил на это внимание, и, в итоге, я играю две роли в одной.

А то, что многие ваши партнеры – вчерашние выпускники, помогает, мешает или не имеет значения?

Это не имеет значения, конечно. Ко всем требования всегда одни и те же. Наоборот, у них меньше концепций, меньше такого, понимаете, мастерства, закидонства. Мне это нравится. Мне самому сорок восемь лет, но у меня внутри все равно хулиган живет, безобразник какой-то, панк. Поэтому по темпераменту и скорости восприятия это моя история.

В вашем герое для вас что самое важное? Как вы к нему относитесь?

Я как-то не анализировал, честно говоря, что для меня в нем самое важное. Он очень наивный, например. Но надо учитывать, что это – литовская пьеса. Например, если бы русский попал в такую ситуацию, то он, как мне кажется, не стал бы двенадцать лет искать того, кто его избил, чтобы отомстить.
Бен (герой) не предает. Он верный, открытый, искренний. Сильный, мужественный человек, всегда встает после падения. Есть в нем что-то от персонажей Шукшина.

А что для вас самого означает музыка, какую роль она играет в вашей жизни?

Мое первое образование в Новосибирске – оперетта, потом уже был драмтеатр. В Москве я спел Резанова у Рыбникова в рок-опере «Юнона и Авось». Меня пригласили, я сам выучил все партии, приехал на несколько репетиций, спел самому Рыбникову, и он меня утвердил. Я отыграл десять спектаклей, в том числе и в Москве. Также была очень интересная эпопея с легендарной группой «Король и шут»: я сыграл роль Судьи в панк рок-опере «ТОДД».
А по «Квинам» я не то что фанател, но мне была очень близка эта музыка в 90-х. Я даже нашел в своих старых книгах в Новосибирске раритетную книжку с переводом текстов «Queen» – было отпечатано всего двадцать пять тысяч экземпляров, один оказался у меня. И сейчас у меня в телефоне много музыки, в последнее время слушаю «Король и шут» и Реквием Верди.

Какое интересное сочетание. А как вы думаете, почему именно сейчас пришло время пьесы в Москве? Пьеса же была написана ещё в 2011 году, насколько я понимаю.

Это у Карбаускиса надо спрашивать. Я думаю, просто время пришло, созрели все условия. Если отстраниться от национальности, то у нас почти все актеры, занятые в «Изгнании», – приезжие, не из Москвы. Нам есть, что сказать от себя через своих персонажей. И вообще, в пьесе очень много тем, и они все актуальны, особенно сейчас. Хороший материал, оригинальный – прямо кино!

А вы сами об эмиграции когда-нибудь задумывались? Не в Москву, а куда-нибудь за границу, в Лондон тот же.

В смысле, вообще переехать? Ну, вы понимаете, это такой шаг… Я же русский актер, мой родной язык – русский. Конечно, если вдруг у меня какой-нибудь родственник богатый обнаружится, то приеду туда, завладею наследством и буду жить. (Смеется.) А так… ну что вы?
В Москве, чтобы москвичом стать, надо лет десять прожить. Я здесь с 2003, пятнадцать лет. И все равно я до конца не стал местным, все равно моя родина – в Новосибирске, в Академгородке, но и там я уже не свой. Как Бен, не англичанин, но уже и не литовец. Хорошо иметь возможность уезжать на некоторое время – так бы я хотел. А насовсем – нет.












театр: Театр им. Вл. Маяковского, Москва
когда: 1 апреля; 19:00
где: Театр им. Вл. Маяковского



ЛАУРЕАТ КОНКУРС ДРАМА МУЖСКАЯ РОЛЬ ИЗГНАНИЕ





КОНКУРС МАСКА+ НОВАЯ ПЬЕСА СПЕЦПРОГРАММА ДРАМА КУКЛЫ ОПЕРА ОПЕРЕТТА-МЮЗИКЛ БАЛЕТ СОВРЕМЕННЫЙ ТАНЕЦ ЭКСПЕРИМЕНТ СПЕКТАКЛЬ РЕЖИССЕР ЖЕНСКАЯ РОЛЬ МУЖСКАЯ РОЛЬ ХУДОЖНИК ХУДОЖНИК ПО СВЕТУ ХУДОЖНИК ПО КОСТЮМАМ ДИРИЖЕР КОМПОЗИТОР



ПРИСОЕДИНЯЙСЯ