Денис Ганин

Люди

"Дядя Ваня", Заполярный театр драмы им. Вл. Маяковского, Норильск


Денис Дмитриевич, в чем вы с вашим героем доктором Астровым похожи, а что вас разнит?

Я бы не сказал, что у нас слишком много общего, я совершенно другой, но то, что нас объединяет – это желание сделать этот мир лучше. У каждого свой путь к этому: у Астрова свой, у меня свой.


А в чем вы видите свой путь?

Во-первых, это напрямую связано с профессией. Я верю, что театр, как никто иной, может послужить этим целям, потому что он в любом случае делает людей лучше. У нас с супругой есть свой частный детский театр «НОТА» (Норильское объединенное товарищество артистов). Мы вместе с нашими друзьями и единомышленниками играем спектакли для детей. Считаю, что, если менять этот мир, то начинать стоит, в первую очередь, с себя и детей, потому что представление о таких понятиях, как добро и зло надо закладывать с детства. Мы хотим каких-то, казалось бы, простых вещей: чтобы дети чаще улыбались, не были злыми и агрессивными. Мы постараемся сделать их лучше, а они – нас. На мой взгляд, этот круг – самое важное в этом процессе.


С какими трудностями вы столкнулись в процессе создания образа? А что вам помогло найти верный путь к роли?

С Петром Шерешевским мне было очень легко работать. И сам репетиционный процесс был не сложным, потому что у меня самого начала с режиссером сложилось полное взаимопонимание. Я понимал и чувствовал, что он говорит и каким хочет видеть моего героя доктора Астрова. Мне были ясны рисунки мизансцен. Я думаю, самое важно, что Петр очень подробно объясняет каждую сцену, с помощью долгих разговоров с актерами выходит на историю. Именно эти разборы и позволяют мне легко существовать на сцене. Хотя для меня роль получилась очень легкой, после спектакля требуется немало времени, чтобы прийти в себя. «Дядя Ваня» – это история колоссально затратная в эмоциональном плане. При видимой легкости игры, на роль Астрова я трачу очень много сил. Но это оправдано.


Кто для вас Астров, если говорить о нем не только как о гуманисте?

Ему, как и любому человеку, хочется любить и быть любимым, как это ни странно звучит. Но в этой истории люди не могут быть с теми, с кем должны. Попытка что-то изменить есть, но ведь ничего в итоге не случится. Однако при этом надежда, сколь мало она бы ни была мала, остается. И даже Соня в конце спектакля забрасывает удочку в будущее. Хочется верить, что наши жизни как-то повлияют на то, что мир станет чуть-чуть лучше, пусть и после нашей смерти.


Режиссера было важно подчеркнуть связь героев сегодняшнего спектакля с тем первым «Дядей Ваней» Московского Художественного театра 1899 года. На создание вашего образа как-то повлиял сценический и исторический багаж Астрова?

Актеры, игравшие в том первом составе спектакля Художественного театра, в уста героев вкладывали тот же смысл и в те же фразы, говорили, что пройдет сто лет и жизнь измениться. Сегодня мы через своих героев говорим о том же. И, возможно, с еще большим сожалением, ведь сто лет прошло, а ничего не изменилось. Мы пока ходим по замкнутому кругу. К тому же, мы произносим это, оглядываясь, на прошлое, которое чеховские герои хотели изменить. Мы сегодняшние понимаем, что тогда мир был в чем-то даже чище и счастливее, чем сейчас. Но объединяет нас одно: и сегодня, и тогда люди искали и ищут ответы на те же вопросы о смысле жизни, пытаются разрешить похожие проблемы.


Чем вы объясняете, оправдываете надежду Астрова на следующие поколения?

Он, конечно, отвечает абсолютно пессимистично на вопрос Войницкого: «С чего начать новую жизнь?», говоря: «Какая там новая жизнь? Наше положение с тобою безнадежно». И, хотя, играя его, я отрицаю наличие у него надежды, она у него все-таки есть. Это надежда на тех, кто будет жить после, через сто-двести лет. Ведь у человека кроме надежды ничего и не остается.


Насколько вам трудно, или, наоборот легко играть музыкального Чехова?

Я человек не музыкальный, поэтому сложности возникали, особенно на первых репетициях. Сложно было соединить актерскую историю с музыкой, привыкнуть к переключению с текста на музицирование. И конечно, потребовалось время, чтобы научиться хоть немного играть на пианино.


Что было для вас в режиссерском решении самое неожиданное, было ли что-то, что вы сперва не принимали?

В процессе создания спектакля у нас у всех было ощущение, что мы идем верным путем. Мне как актеру очень комфортно было работать с Петром, потому что до необходимых в той или иной сцене красок, нужного взаимодействия с партнерами мы всегда доходили путем проб. Всегда был выбор между несколькими совершенно разными трактовками сцены.
Например, у меня было несколько вариантов сцен и с Соней, и с Еленой Андреевной. Был вариант, когда доктор Астров полностью отключается от взаимодействия с Соней и она для него является всего лишь объектом, который как данность находится где-то рядом и с которым можно просто говорить.
Я уже упоминал, что создание образа и работа с режиссером прошли у меня легко, поэтому до сих пор, выходя на сцену, я не волнуюсь по поводу того, что вдруг что-то не получится. Но волнение, конечно, есть, оно естественное. Мне интересен в этой роли процесс, то есть то, каким образом я дохожу до этой истории на каждом спектакле. Каждый раз мне это дает абсолютно разные ощущения. Я думаю: разорвется ли в этот раз у меня внутри в клочья, или нет? Или все произойдет как-то иначе?


Кем еще из героев Чехова вы себя видите? Кого бы хотелось сыграть?

Мне был бы интересен «Вишневый сад», я попробовал бы себя в роли Лопахина. Мне также очень близок по внутреннему ощущению Иванов. Вообще, я бы с удовольствием еще поиграл чеховских героев. «Дядя Ваня» – это не первая моя встреча с автором. Я играл Антона в спектакле «Братья Ч», постановка вышла в рамках лаборатории, которая проходит у нас в театре ежегодно. В этой постановке мы играли один из срезов жизни Антона Чехова, его братьев, отца, женщин, которые во время, описанное в пьесе, его любили и ненавидели. Уже в «Братьях Ч» я соприкоснулся со многими характерами чеховских персонажей, потому что в героях пьесы, основанной на фактах из жизни драматурга, угадываются как отдельные черты, так и прототипы героев его будущих произведений.












театр: Заполярный театр драмы им. Вл. Маяковского, Норильск
когда: 18 апреля, 19:00
где: Театр им. А.С. Пушкина, Основная сцена



КОНКУРС ДРАМА МУЖСКАЯ РОЛЬ ДЯДЯ ВАНЯ НОРИЛЬСК





КОНКУРС МАСКА+ НОВАЯ ПЬЕСА СПЕЦПРОГРАММА ДРАМА КУКЛЫ ОПЕРА ОПЕРЕТТА-МЮЗИКЛ БАЛЕТ СОВРЕМЕННЫЙ ТАНЕЦ ЭКСПЕРИМЕНТ СПЕКТАКЛЬ РЕЖИССЕР ЖЕНСКАЯ РОЛЬ МУЖСКАЯ РОЛЬ ХУДОЖНИК ХУДОЖНИК ПО СВЕТУ ХУДОЖНИК ПО КОСТЮМАМ ДИРИЖЕР КОМПОЗИТОР



ПРИСОЕДИНЯЙСЯ