Кира Камалидинова

Люди

"Колино сочинение", Продюсерский центр "КонтАрт", Санкт-Петербург


Вы уже давно работаете с Яной Туминой, вместе сделали не один спектакль. Можно сказать, что вам близок ее взгляд на театр?

Мне довелось работать с Яной в семи постановках. До работы с ней у меня был совсем другой взгляд на театр кукол. И с этим своим представлением я жила, меня оно вполне устраивало. В соответствии с ним я сделала постановку детского спектакля по Чуковскому в Новосибирске, и она до сих пор идет, уже почти пятнадцать лет. Потом Эмиль Капелюш познакомил нас с Яной, когда мы делали спектакль «Сто оттенков синего». Но свои представления я пересмотрела, наверное, чуть позже.
В то время мое внутреннее отношение к театру было другим. Но то, что делает Яна, меня очень зацепило, стало мне интересно. Я понимала, что ничего в этом не понимаю, но мне очень хочется к этому присоединиться. И с каждым спектаклем мой взгляд на этот образный мир, передаваемый через предмет, постепенно менялся. И теперь чем дальше, тем мне самой интереснее, хотя Яну Марковну мне еще постигать и постигать.


Вы имеете в виду объектный театр?

Да, именно объектный театр. Потому что раньше я работала с достаточно традиционным театром кукол. Мне кажется, с ним я могла бы запросто справляться и дальше, было ощущение, что мне там комфортно. А здесь есть некоторый дискомфорт, и он заставляет меня работать и каждый раз смотреть на все по-другому. Здесь всегда все по-новому, разнообразие способов создания истории, работа с пространством и объектом. Взаимодействие.


А как у вас обычно с Яной Туминой происходит работа над спектаклем?

Я для себя это воспринимаю как своего рода лабораторию. Яна говорит, что ей интересно, что цепляет ее в данном произведении, а после мы набираем материал. И в этом все принимают участие, в том числе актеры. И звук, и предмет, и свет в этих спектаклях создают нужное ощущение. Все в этот большой котел собирается.


В этом спектакле было так же?

Да. Но была совершенно незнакомая тема. С такими детьми в своей жизни я не пересекалась, и этот мир для меня был закрыт. Не то чтобы я от него специально отгородилась, просто его в моей жизни не было. А Яна стала для меня его открывать. Постепенно я с ним знакомилась, и оказалось, что это очень интересно.
Больше всего меня поразило то, что в основе этого мира лежит какая-то гигантская бесконечная любовь. Все воспринимается через добро. У них нет никакого желания найти что-то плохое в том, на что они смотрят. Там очень много добра, много света, все воспринимается через них. И даже в стихах Коли, где он говорит о печали, страхе, боли, совершенно нет агрессии направленной наружу, это все его внутреннее переживание.
У Коли очень интересный взгляд на все, для меня это было открытием. Его слово рождает необычные образы, иногда даже, как может показаться, не связанные, но через них открывается история. Слово-сказка, слово-рассказ. Эта история о добре и любви, видимо, была очень важна для меня самой в тот момент, мой внутренний мир искал ее. Спустя некоторое время после выхода спектакля, когда меня постепенно отпустило и я начала уже более спокойно обо всем думать, то осознала, что в моей жизни появилось очень много людей, связанных с этим проектом, каждый из которых внес частичку любви и своего отношения. Меня это грело и раскрыло, наверное, мое понятие любви, оно стало шире. Для меня это стало потрясением.


А как происходит ваша работа? От чего вы отталкиваетесь?

Все-таки художник – это такая профессия, которая предполагает насмотренность. С самого детства набираешь свою копилку. Связываешь то, что видишь, с литературой, музыкой, чем-то еще. Все, что ты собрала, в голове варится, а когда ставишь перед собой определенную задачу, то все это начинает концентрироваться в одной точке.


А как вы работали над созданием кукол? Коля у вас очень необычный, это какая-то мягкая кукла.

Изначально я шла от самих детей, они очень гибкие. Они могут пяткой почесать ухо, не напрягаясь. Это было поразительно для меня: я приходила к Яне в гости и видела, как для ее сына Семы не составляет никакой проблемы сидеть в позе лотоса, так легко, как если бы я села на стул.
И мне нужно было создать такого гуттаперчивого человека, чтобы показать, настолько он восприимчив и мягок и насколько жесткое вторжение мира разрушительно для него. При этом сами дети очень нежные, гибкие и теплые, потому и Коля такой. Соответственно, и трости у нас нестандартные. Мне показалось, что нам как раз такое решение и нужно для создания гибкости. И на репетициях мы поняли, что попали в точку.


И олень у вас необычный.

Олень из Колиных стихов, он к нам пришел и через весь спектакль проскакал. Он брыкается, не всегда послушен, но Аня Сомкина его приручила.
Варю мы долго искали. В процессе обсуждения были вопросы, должна ли она являться перед зрителем или ей надо остаться в восприятии каждого как некий нематериальный образ.


У каждой куклы свой характер получился.

Так и должно быть.
Я, конечно, склонна кукол одушевлять. Иногда есть сопротивление, которое нужно побороть или в себе, или в кукле. И либо актеры находят эту возможность, либо куклы их не слушаются.
У куклы есть определенный технологический набор элементов, которые она может делать. Потом появляется актер со своим характером, со своей манерой движений, темпоритмом. Когда Колю ведет Аня, это одно поведение куклы, а когда ведет Саша, он совсем другой. Поэтому актерская харизма определенно накладывается на технические возможности куклы.


То есть кукла складывается из своего характера и характера актера?

Да, а еще из восприятия зрителя. Нужно донести до зала свой опыт, свой мир. Потому что зритель вбирает в себя то, что ему важно, что он хочет увидеть. Получается такой симбиоз.
К тому же, у нас здесь замечательное видео, над ним работала отдельная команда, у них свой богатый образный мир. Мне нужно было – как я для себя это сформулировала – создать декорацию для хорошей видеопроекции. И при этом, актеры должны были как-то в ней существовать. То есть нужна была такая сценография, которая одновременно могла бы впускать и выпускать актеров и быть экраном для видео. Поэтому здесь много белого цвета, все куклы монохромны.
Развитие спектакля все время разное. Здесь работает все: звук громче или тише, видео секундой раньше или позже… Все же делается вручную, и все друг за друга цепляется. Спектакль дышит и, мне кажется, там есть много моментов, которые позволяют это дыхание услышать и почувствовать.












театр: Продюсерский центр "КонтАрт", Санкт-Петербург
когда: 16 апреля, 17:00, 20:00
где: Театр им. А.С. Пушкина, Филиал



КОНКУРС КУКЛЫ ХУДОЖНИК КОЛИНО СОЧИНЕНИЕ





КОНКУРС МАСКА+ НОВАЯ ПЬЕСА СПЕЦПРОГРАММА ДРАМА КУКЛЫ ОПЕРА ОПЕРЕТТА-МЮЗИКЛ БАЛЕТ СОВРЕМЕННЫЙ ТАНЕЦ ЭКСПЕРИМЕНТ СПЕКТАКЛЬ РЕЖИССЕР ЖЕНСКАЯ РОЛЬ МУЖСКАЯ РОЛЬ ХУДОЖНИК ХУДОЖНИК ПО СВЕТУ ХУДОЖНИК ПО КОСТЮМАМ ДИРИЖЕР КОМПОЗИТОР



ПРИСОЕДИНЯЙСЯ