Владимир Садков

Люди

"Белый.Петербург", Театр музыкальной комедии, Санкт-Петербург


Музыкально-драматическая номинация подразумевает некое «двойное дно», сплав музыкального и драматического. Каков этот сплав в спектакле «Белый. Петербург»?

Этот спектакль не может поддаваться каким-то четким определениям. На начальных стадиях постановка стала для нас шоком: мы привыкли к немножко другим тенденциям, потому что наша работа все-таки подразумевает определенные амплуа, отношения, принципы. Это законы музыкального жанра, и они должны существовать. А здесь возникло такое, что мы окунулись в совсем другой процесс – иной подход к материалу, иной подход к роли. Как результат – нечто, не имеющее каких-то жестких жанровых рамок. На мой взгляд, это такая общая тенденция: в наши дни театр переходит на новые рельсы, и грани между жанрами стираются.


В угоду реализму.


Не всегда. Ощущение реализма на выходе – может быть, но сама форма во многом гротесковая, и потому определение «Петербурга» как фантасмагории – это очень правильно. Это не драма, не комедия, не фарс и не гротеск – здесь все собрано воедино. Все это уживается, и спектакль имеет художественную ценность – как для нас, актеров, так и для зрителей. Конечно, в таком результате большая заслуга Геннадия Рафаиловича Тростянецкого. В наши дни редко встретишь настоящего режиссера, который так подробно работает с актерами, так любит актеров, дает им полную свободу. При всех жестких рамках. Каждый раз, выходя на сцену, мы не знаем, чем все закончится, и это удивительно, в этом весь театр и его сущность.


«Белый. Петербург» занимает в этом смысле особенное место в вашем репертуаре?

Конечно, и я убежден в том, что не только в моем. В этом спектакле нет маленьких ролей, каждый человек несет определенную задачу и является составляющей общей энергии. Это спектакль энергий и единения – и это особенно остро ощущается в финальной сцене, когда мы все встаем из-за стола и идем в сторону зрителя. Понимаете? Там люди, здесь люди – все мы люди. Спектакль о людях в самом широком смысле.


Премьера состоялась в сентябре 2015 года: с ее момента прошло более чем полтора года. В январе 2016 года не стало Георгия Фиртича – композитора, и говорить о каких-то изменениях музыкального текста за этот период, наверняка, не приходится…

Музыкальный текст претерпевал изменения на стадии постановки. Георгий Иванович активно участвовал в работе, которая стала его лебединой песней. Это уникальный человек, работа с ним – огромное счастье. Во время первой читки Георгий Иванович сидел за роялем. Геннадий Рафаилович читал. И вся труппа завелась: мы смеялись, мы плакали – это было что-то удивительное… Основная масса материала был готова, но музыка дописывалась и редактировалась уже в процессе. Менялись темпы, менялась форма – добавлялись и убирались целые куплеты – для актеров такой опыт работы с композитором в режиме реального времени уникален. Георгий Иванович присутствовал и на оркестровых репетициях, где активно работал с дирижером – Андреем Владимировичем Алексеевым.


Меняется ли драматический текст спектакля?

Геннадий Рафаилович – художник, который постоянно находится в поиске. Каждый блок репетиций что-то добавляет и видоизменяет, и это никак не рушит спектакль, потому что кардинальных изменений не вносится. Спектакль – это живой организм, и он должен меняться: каждый день происходят события, которые могут найти отражение на сцене.


В интервью, данном Вами в 2015 году, вы характеризуете «Белый. Петербург» как спектакль о любви и подчеркиваете, что именно в ее нехватке состоит драма Николеньки. Изменилось ли спустя полтора года видение спектакля и Вашего персонажа?


Любовь остается любовью всегда. Это к вопросу о вечных темах, затронутых в спектакле, и любовь – действительно лейтмотив спектакля. Речь о любви в самом широком смысле: любовь к женщине, к матери, к отцу, любовь человека к человеку и любовь в ее вселенском смысле. В этом смысле ничего не меняется и не может измениться.


Подводя итог, за полтора года спектакль ничуть не потерял для вас своей свежести и не превратился в рутину?

Нет, и в этом сила людей, создавших этот спектакль таким. Актеры – живые люди, и с нами ежедневно что-то происходит. Жив и спектакль – и поэтому каждый показ нов и уникален.


Большое счастье, когда работа не надоедает.


А она и не может надоесть, когда это любимое дело. Когда тебе есть, что сказать людям, и ты искренен – это сразу чувствуется. Когда этого нет – игра превращается в фальшь. Очень важен контакт между актером и зрителем. Театр – это, прежде всего, обмен энергией. Уходя после спектакля, человек задает сам себе вопросы. У зрителей «Петербурга» вопросы разные, потому что спектакль многоуровневый. Кто-то видит в нем глобальные темы: например, предназначение человечества, кто-то – коррупцию, разврат власти; семейные связи, любовь… Так или иначе, вопросом задастся каждый, и это главное. Что радует еще больше, зрители возвращаются: я лично знаком с теми, кто приходит и десять, и пятнадцать раз, каждый раз открывая для себя что-то новое.










театр: Театр музыкальной комедии, Санкт-Петербург
когда: 4 апреля, 19.00
где: Музыкальный театр им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко



КОНКУРС ОПЕРЕТТА МУЖСКАЯ РОЛЬ БЕЛЫЙ ПЕТЕРБУРГ





КОНКУРС МАСКА+ НОВАЯ ПЬЕСА СПЕЦПРОГРАММА ДРАМА КУКЛЫ ОПЕРА ОПЕРЕТТА-МЮЗИКЛ БАЛЕТ СОВРЕМЕННЫЙ ТАНЕЦ ЭКСПЕРИМЕНТ СПЕКТАКЛЬ РЕЖИССЕР ЖЕНСКАЯ РОЛЬ МУЖСКАЯ РОЛЬ ХУДОЖНИК ХУДОЖНИК ПО СВЕТУ ХУДОЖНИК ПО КОСТЮМАМ ДИРИЖЕР КОМПОЗИТОР



ПРИСОЕДИНЯЙСЯ