Марина Завьялова

Люди

"Хармс. Анкедоты. Случаи. Стихи", Театр кукол, Красноярск


Как вы отреагировали на предложение Руслана Кудашова поехать в Красноярск ставить спектакль?

С Русланом Равилевичем мы работаем уже несколько лет, и куда бы он меня ни позвал, я с радостью соглашаюсь. Для меня счастье работать с Кудашовым в любом городе! Надо ехать – значит, едем.


Интересно было оформлять такой спектакль? Страшно, может, или, наоборот, вы дали себе полную свободу?

Страшновато было только потому, что я не знала, в какой театр еду, какие там мастерские, какие люди. Меня это очень волновало, поскольку я отвечаю за художественную часть. А что касается материала, то Руслан Равилевич всегда выбирает удивительную основу для своих постановок. Это всегда то, что интересно исследовать и благодаря чему в процессе работы можно вдохновляться бесконечно.


Вы Хармса знаете, а как в Красноярске люди реагировали на этого автора?

Я думаю, там посложнее ситуация, чем в Петербурге. Все-таки Хармс питерский автор. И атмосфера, которую мы пытались создать, петербургской и получилась. Наш город в спектакле серый, может, даже мрачный. Петербург, мне кажется, такой и есть. Но этот серый бесконечно прекрасен, и из-за туманности и мрачности город кажется магическим и таинственным, это в нем и завораживает.
Мне кажется, многие красноярцы удивились, что в их театре кукол ставят взрослый спектакль, для них это стало большим событием. Огромное спасибо директору театра Татьяне Владимировне Поповой, она молодец: продвигает свой театр, стремится его развивать. Потому она и позвала Кудашова, зная и надеясь, что он сделает что-то интересное и необычное для этого города. Периодически общаемся с ними, и говорят, что сейчас, спустя почти год после премьеры, зрители наконец пошли в театр, стали набираться полные залы, хотя поначалу было непросто: театр кукол, взрослая постановка, да еще и Хармс.


Центральным образом спектакля стало разбитое окно, где происходит действие. Как оно появилось?

С одной стороны, это хармсовское окно. В его рукописях фигурирует образ окна, он его рисовал. Это был некий символ Хармса. Он жил на улице Маяковского, собственно, недалеко от Большого театра кукол. Периодически мы проходим по этой улице, зная, что здесь жил Хармс, что вот это его окно.
С другой стороны, конечно, за основу мы взяли не совсем конкретное окно Хармса, а некий собирательный образ Петербурга. Оно у нас функционально: все действие происходит то в закрытом, то в открытом окне, то в его створках.


Удобно актерам за такой ширмой работать?

Я думаю, им вполне неплохо живется в этой коробочке. Мы старались сделать такую синтетическую площадку, чтобы и с марионетками можно было работать, и с планшетными куклами – у нас же разные системы кукол. И кукол очень много, в итоге получилось около пятидесяти.


А есть зависимость характера персонажа от типа куклы? Например, положительные герои – марионетки, отрицательные – плоские.

В этом есть некоторая правда. Пушкин и Гоголь, два великих поэта, – марионетки, у них крылышки, они все время в полете. Это немного чудаковатые персонажи: то ли комары, то ли птички, то ли кто-то еще. У них образы вечно летающих странных существ.
А кукольная масса, проходящие герои, Хармсовские персонажи, появляющиеся ненадолго, – это плоские, картонные, бумажные, нарочито сделанные в грубой форме куклы. Мы смотрели много работ русского авангардиста Филонова, старались брать его формы. Мы с Русланом Равилевичем обсуждали, какой это должен быть народ – постреволюционный, немного бесшабашный, не понимающий, что происходит.
Сам Хармс и его муза – планшетные куклы. Поскольку Хармс здесь рассказчик и все время находится в движении, это более объемная и рабочая кукла.


Хармс у вас здесь трогательный, сомневающийся, нерешительный, хотя в культуре, скорее, сложился образ человека эпатажного, яркого.

Если почитать его произведения, биографию, то при всей внешней эпатажности, мне кажется, внутри это был очень тонкий человек, очень ранимый и, может быть, несчастный в какие-то моменты. Хотелось, чтобы он был иной, загадочный.


А как этот образ рождался?

Я делала эскизы, основываясь на портретах Хармса. Но не хотелось копировать его известные брутальные фотографии. Пробовала по-разному, черкала разные картинки. А потом Руслан Равилевич как-то нашел одну очень маленькую мою зарисовочку и сказал, что Хармс должен быть вот таким. И дальше я просто стала его лепить. Часть кукол я делала в Петербурге со своими мастерскими и привезла их в Красноярск.


Помимо тщательной работы с текстами Хармса, как рождалось собственное осмысление сюжета?

Все придумки – это, конечно, режиссерская линия. Руслан Равилевич создает их до и во время репетиций. Я только помощник Кудашова, его руки и глаза. Я поддерживаю режиссера в художественном плане, чтобы все слилось воедино.


Как у вас с Кудашовым обычно строится работа над спектаклем, насколько это совместный процесс?

Руслан Равилевич почти всегда знает, чего хочет, как все должно быть, как он это видит. Но, вместе с тем, все равно все совместно рождается, мы всегда находимся в диалоге. Я приношу свои эскизы, впечатления, и мы вместе рассуждаем. Ему интересны мои мысли, он убеждает меня говорить все, что я думаю. Он всем всегда дает воздух. И в Красноярске то же самое было с артистами: пожалуйста, делайте свои заготовки, приносите, показывайте, как бы вы хотели это сделать. Конечно, есть инсценировка, но дальше уже можно вместе сочинять. Кудашов всегда открыт любым предложениям.


В одном из репортажей красноярского телевидения показали выставку перед спектаклем, с предметами быта начала 20 века. Это чья была идея?

Это делал красноярский театр кукол. Они обратились в свой краеведческий музей, который им предоставил разные штучки тех времен: табакерки, ботинки, чемоданы. И они к премьере сделали такую выставку, на самом деле получилось очень любопытно.


Вы создаете спектакли и взрослые, и для детей. Есть ли различия в работе над ними?

По внутренней отдаче для меня разницы нет никакой. Мы абсолютно серьезно относимся ко всем постановкам, неважно, кто будет смотреть, главное, чтобы в результате что-то интересное получилось. Детям, может, даже сложнее делать, они же очень искренние зрители, очень восприимчивые.












театр: Театр кукол, Красноярск
когда: 29 марта, 19:00
где: Театр "Мастерская Петра Фоменко", Старая сцена



КОНКУРС КУКЛЫ ХУДОЖНИК ХАРМС АНЕКДОТЫ СЛУЧАИ СТИХИ





КОНКУРС МАСКА+ НОВАЯ ПЬЕСА СПЕЦПРОГРАММА ДРАМА КУКЛЫ ОПЕРА ОПЕРЕТТА-МЮЗИКЛ БАЛЕТ СОВРЕМЕННЫЙ ТАНЕЦ ЭКСПЕРИМЕНТ СПЕКТАКЛЬ РЕЖИССЕР ЖЕНСКАЯ РОЛЬ МУЖСКАЯ РОЛЬ ХУДОЖНИК ХУДОЖНИК ПО СВЕТУ ХУДОЖНИК ПО КОСТЮМАМ ДИРИЖЕР КОМПОЗИТОР



ПРИСОЕДИНЯЙСЯ