Денис Хуснияров

Люди

"Кроличья нора", Русский драматический театр "Мастеровые", Набережные Челны


Есть много тем, о которых не принято говорить. «Кроличья нора» затрагивает самую страшную – смерть ребенка. Почему вы взялись за нее?

Спектаклю уже почти два года. А я до сих пор не очень понимаю, как разговаривать об этом, как это анализировать… Не понимаю, как артисты это играют. Уже пятьдесят спектаклей сыграно, а артисты каждый раз выходят и заново проговаривают эту историю, проживают эту трагедию. Мне представить сложно, как люди оказываются в таких ситуациях. Мне кажется, что это конец всего.


Для чего вам нужна была эта история?

Рано или поздно нужно затевать разговор, в котором самую важную роль будет играть сочувствие. Это одно из самых важных качеств в людях. Если человек лишен сочувствия, или оно у него закрыто, или оно ему не знакомо пока, то все бессмысленно. Если ты понимаешь проблему другого человека, если ты хотя бы на секунду можешь представить, что испытывает человек, то уже все не бессмысленно. Мне кажется, творческий человек, в первую очередь, должен это чувствовать и осознавать. Потому что он является проводником идеи, он ее понимает, пропускает через себя, а на выходе пытается донести ее зрителям.
Не то, чтобы мне было интересно выпытывать, что чувствуют люди, которые попали в подобную ситуацию, конечно, нет. Это не вопрос любопытства. Главное: как понять другого? Сейчас много говорят об эгоизме, о том, что люди сконцентрированы на самих себе и никто не хочет думать о другом. И здесь как будто ставят точку. Я же хочу разбираться в том, что движет или не движет человеком, когда он проходит мимо, отворачивается в трудный момент.


Но ведь не каждый сможет остаться рядом…

Об этом и речь. В пьесе герои находятся в ситуации, когда ты хочешь – не хочешь должен содрать с себя шкуру и начать думать о другом – о том, кто рядом и кому сейчас хуже.


Какие задачи вы ставили для себя в работе над этим спектаклем?

Смерть в искусстве носит иносказательный характер. Она считается чем-то прекрасным, выходит за рамки бытовых ситуаций. Любая хорошая пьеса, любое литературное произведение, так или иначе несет в себе момент смерти. Мы либо ожидаем ее, либо уже кто-то умер. Смерть становится инструментом. Как сделать так, чтобы она не являлась инструментом? В этом была наша основная задача.
Работая с этой пьесой, очень легко скатиться в спекуляцию. Все же понимают, что такое смерть, да еще и смерть ребенка. Но на самом деле, по большому счету, никто не понимает. Все думают: «А, у них ребенок умер, ну, сейчас начнется нытье». Нам нужно было перешагнуть это отношение, чтобы достучаться до того человека, который пришел в зал, чтобы он увидел, что это реальность, а не в кино, что это настолько близко и настолько касается любого из вас.
Мне кажется, что это история о том, как люди заново учатся жить. Все летит в тартарары, жить невозможно, жизнь ненавистна, невыносима, сложна и болезненна. Просто до вопля. Но все-таки, несмотря ни на что, она стоит того, чтобы продолжать жить. Поэтому люди пытаются искать выход. Они в какой-то момент трезвеют и хватаются хоть за что-нибудь, стараются жить дальше.


Как происходила подготовка к спектаклю? Как вы взаимодействовали с артистами?

Как можно говорить какие-то слова актрисе, которая должна сыграть смерть своего сына – маленького, беззащитного четырехлетнего мальчика, который просто побежал за собакой и которого переехала машина, только его мама отвернулась. Как можно анализировать этот момент?


И что вы говорили?

Я даже не помню, как я репетировал этот спектакль. Я не помню ни одной репетиции. Я помню весь процесс как одну фотографию. Помню, какой был свет, как мы сидели впятером и просто делали свое дело, как я что-то говорил, а актеры что-то читали. Непонятно, как мы это сделали. И мы ли это сделали?! Когда все сходиться, в труппе как будто приоткрывается какое-то окно, и актеры начинают слышать еще что-то. Моя задача была только завести, не спугнуть, не сказать лишнего.


Актерам должно быть ужасно сложно каждый раз погружаться в эти роли.

В них живет все. У артистов нет знаков плюса или минуса. Для них нет особый разницы трагедия или комедия. Хороший артист имеет в себе всю гамму. Они, конечно же, пропускают это через себя, присваивают себе ситуацию. Но они с той же радостью присвоили бы себе комедию Гольдони и с тем же трепетом и проникновением выдавали бы другие эмоции – яркие красочные, светлые.


Как они выходили из этих ролей?

Например, врач нейрохирург, который идет с операции…. Он же понимает, что у него сегодня под скальпелем умер человек. Как он потом идет домой, пьет чай? Это работа.
С артистами тоже самое. Артист в особой стадии погружения находиться со во времени первой читки до момента, когда впервые выходит к зрителю. А потом постепенно он распределяет эмоции и степень погружения, и это становиться частью его работы. Он знает, что здесь должна быть истерика, а здесь слезы. Вся гамма эмоций у него как география в собственной квартире. На своих местах.


Как родилась идея для декораций?

Мы с художником сразу сочинили пространство: комната – она же и кухня с холодильником и столом. Пространство как голограмма, от которой в глазах рябит. Потому что, единственное, что у героев осталось – это рисунки Денни, пленка и отпечатки жирных грязных пальцев на холодильнике. Это их иллюзорный мир – кроличья нора, куда они провалились и откуда не хотят выходить. Денни уводит их туда за собой и не отпускает, а они не хотят от него отсоединяться. Джейсон, живой человек, приходит и говорит, что надо жить дальше.
При всей трагичности и при всем ужасе это, конечно, спектакль про свет. Про то, что не надо умирать, а нужно попробовать жить дальше. Все может еще получиться, и все не просто так, а для чего-то. Мы придумали гипер-оптимистичный финал. Некоторые театральные критики из-за этого к нему относятся со скепсисом, но нам показалось, что нужен именно такой выход. Потому что другого выхода нет. Когда очень-очень плохо, нужно сделать очень-очень хорошо.

Фото: russdramteatr.ru












театр: Русский драматический театр "Мастеровые", Набережные Челны
когда: 5 марта, 19:00
где: Центр им. Вс. Мейерхольда



МАСКА+ КРОЛИЧЬЯ НОРА





КОНКУРС МАСКА+ НОВАЯ ПЬЕСА СПЕЦПРОГРАММА ДРАМА КУКЛЫ ОПЕРА ОПЕРЕТТА-МЮЗИКЛ БАЛЕТ СОВРЕМЕННЫЙ ТАНЕЦ ЭКСПЕРИМЕНТ СПЕКТАКЛЬ РЕЖИССЕР ЖЕНСКАЯ РОЛЬ МУЖСКАЯ РОЛЬ ХУДОЖНИК ХУДОЖНИК ПО СВЕТУ ХУДОЖНИК ПО КОСТЮМАМ ДИРИЖЕР КОМПОЗИТОР



ПРИСОЕДИНЯЙСЯ