Анна Озерская

"Камни со дна реки", Танцевальная компания "Воздух", Краснодар

Фотограф Франческо Скаветта

Вы с 2013 года живете в Швеции, как получилось, что вы стали хореографом краснодарского проекта «Воздух»?

Я познакомилась с основательницей «Воздуха» Юлей Блохиной, когда жила в Санкт-Петербурге. Юля и раньше предлагала делать что-то вместе, но я тогда еще не была готова. В общем, когда я решила ставить «Камни со дна реки», сразу написала ей и предложила попробовать сделать спектакль вместе. Это всего вторая моя постановка в качестве хореографа.

Как это — ставить спектакль на расстоянии?

Подготовку мы начали заранее: я попросила девушек-артисток написать эссе, и я анализировала их видение темы. Я прислала видео с лексическим материалом для разучивания. Заранее обсуждали некоторые идеи для сценографии, которые впоследствие даже не вошли в спектакль. Потом я на две недели приехала в Краснодар, мы погрузились в процесс постановки, собрали структуру спектакля. Репетировали уже без меня, точнее, без моего личного присутствия. Танцовщицы записывали и присылали мне видео, по которым я вносила корректировки. С помощью переписок и созвонов выбирались свет, музыка, костюмы.

Конечно, мне бы хотелось больше времени лично присутствовать на репетициях, но все упирается в бюджет и временные ресурсы. Работа на расстоянии — крайняя мера, но я верю: если есть желание, вера в проект и хорошая команда, то многого можно достигнуть и в ограниченных условиях.

Насколько ваше представление о спектакле совпало с тем, что вы увидели в историях танцовщиц?

Я ехала в Краснодар без сценария, потому что хотела показать красоту самих исполнительниц, а не навязывать свою хореографию, которая может не так гармонично лечь на их тело. Спектакль рождался из импровизаций. Каждая репетиция заканчивалась получасовой свободной сессией, во время которой я просто наблюдала за тем, как девушки взаимодействуют с камнями. На следующий день мы глубже исследовали те моменты, которые тронули и вдохновили меня больше всего.

Мне гораздо интереснее работать совместно. В прописанном сценарии и заранее сочиненной хореографии отсутствует момент коллективного творчества и рождения. Это был чистой воды эксперимент, на который пошли обе стороны — и я, и «Воздух». 

О чем спектакль для вас?

У нас получился довольно абстрактный спектакль, в котором каждый сможет найти значение, которое трогает именно его. Там заложено неимоверное количество символов.

Для меня камни — психологическая метафора всех травм, которые случались с нами в жизни. Река — это мой сознательный мир, а камни — то, что я вытаскиваю из своего подсознания: воспоминания, фантазии, секреты, призраки прошлого.

Камни в вашем спектакле — и декорация, и реквизит, и главный герой. Дурацкий вопрос, но очень любопытно, откуда вы брали камни?

Со дна реки. Буквально. Одна из исполнительниц со свои парнем в несколько заходов ездила к реке и привозили эти камни. Потом мы их отмывали, вытирали и работали с ними. И на спектакль в Москву организаторы «Золотой Маски» привезут наши родные камни (в момент интервью не было известно об отмене показов в рамках фестиваля — прим.).

Как вы выбрали музыкальное сопровождение?

Я работала с Дмитрием Ладесом над моей прошлой постановкой и мне очень понравился результат. Поэтому не было сомнений в выборе композитора. Мы заранее обсудили общее представление, и в Краснодар я ехала с несколькими треками, на которые Дмитрия вдохновили наши фантазии. В процессе репетиций треки модифицировались. Композиция Шопена появилась случайно, она играла во время импровизаций и так хорошо легла на хореографию, что мы решили ее включить в спектакль.

Когда вы ставили спектакль, была ли мысль что он может быть номинирован?

Девушки предложили послать заявку, я, конечно, не была против. Я довольно спокойно отношусь к номинации. Я делаю спектакль, потому что мне хочется творить, а не потому, что ожидаю какого-то признания. Номинация на «Золотую Маску» — приятный бонус.

Посоветуете зрителям, как воспринимать ваш спектакль?

Я советую не искать нарратива, конкретной истории с завязкой и концом. Не стоит тратить на это время и энергию. Лучше просто открыться и позволить тому, что происходит, проникнуть в подсознание и что-то там тронуть. Отпустите себя, и фантазия подкинет ассоциативный ряд — возникнут образы, которые будут важны именно вам.

Исполнительницы после спектаклей делали открытые обсуждения со зрителями и присылали мне аудиозаписи этих встреч. Было очень интересно слушать, что думают люди: кто-то видел именно то, что мы закладывали при работе, а у кого-то совершенно другие мысли, что для меня тоже, безусловно, интересно. Нам даже присылали стихи и эссе по мотивам спектакля.

В одном из интервью, вы говорили, что не считаете себя хореографом. Сейчас ваше мнение поменялось?

У меня есть сложности с тем, чтобы давать людям конкретные определения, в том числе и себе. Вот Охад Нахарин, Пина Бауш, Матс Эк — хореографы. У меня нет таких амбиций. Хочется верить, что я творческий человек. Я творю, потому что мне интересно пробовать, исследовать и высказаться.